Старая записная книжка

Автор — ТЕЙЯ

− Какая красивая! Давай ловить?

И тут же забыв о том, что нужно ловить большую сине-жёлтую бабочку, Аня помчалась от забора дачного домика к реке. На самой кромке воды стояла надувная лодка, папа молча выкладывал из неё улов на песок, вынимал мешки с одеждой. Ночь была бессонной и его раздражала радость дочери.

В голове крутилось множество забот. Надо вычистить и высушить лодку, надо принести в дом одежду и начать её стирать, нужно помочь почистить рыбу и выслушать новые рассказы жены, что происходило в мире, у соседей, и что натворили дочери. Завтра в шесть утра подъём на работу. Выходные закончились. В душе не осталось следа от тихого спокойствия, которое было рядом с ночным костром, с поклёвками на утренней зорьке и зеркальной синей гладью реки. Там было хорошо! Там не было ничего кроме тишины. А здесь? Здесь уже мысли о делах, о выплате кредита через десять дней, о предстоящих рассказах жены о чём попало. На лицо мужчины наползала тень.

Аня совсем ничего не замечала. Она радовалась, что папа вернулся с трёхдневной рыбалки, бегала по поляне возле дачи, по песчаному берегу реки и звала играть свою няню.

Няня стала кричать, что вместо того, чтобы бегать, лучше бы Аня помогла папе донести вёдра или одежду. Но девочка не слышала. Ей никогда не нравилось делать то, что ей говорят, и за своё короткое семилетнее детство она научилась уже пропускать просьбы мимо ушей, быть чувствительной к окрикам и боли, а всё остальное время бегать, кричать и веселиться.

Так и теперь Аня прыгала, находя радость в каждой песчинке, травинке, сочетаниях цветов и тому, что греет солнце, и, наслаждаясь тем, что всё внимание приковано только к ней.

− Аня — девочка бездушная, − сурово с обидой сказав в сторону девочки, няня пошла помогать папе. И вовсе она была не няня. Это была 12-летняя девочка, старшая сестра Ани. Все просто привыкли к тому, что Полина отвечает за наблюдение за младшей сестрой, попутно, когда родителей нет дома, готовит обед и приводит дом в порядок.

Чтобы быть образцовой дочерью, Полине полагались не только обязанности по ведению домашнего хозяйства, по присмотру за младшим ребёнком, но и хорошая учёба. На подруг или развлечение времени не оставалось.

За свои 12 лет Полина уже поняла, что ничего она не зарабатывает, что даже трусов себе купить она не может (как говорила мама в гневе, если Полина не соглашалась с матерью), что взрослая жизнь трудная, и к ней надо готовиться сейчас, переживая все трудности и выполняя то, что скажут родители. Полина уже не помнит, когда она отказалась от такой же радости, которую проживала её сестра. Она не помнит, с каких пор проявление радости вызывало у неё гнев, раздражение и желание ударить радостного. И бить она научилась словами так, что люди могли плакать от этих слов, а Полина радовалась в душе, что может хоть таким способом влиять на людей.

Мама называла девочек по-разному. Редко по именам, чаще Полину звала «злобный крысёныш», а Аню «попрыгуньей» или «Анной на шее». Но, когда мама была в настроении (а это был один раз в месяц, когда оба родителя получали свою зарплату), то мама игриво называла девочек «мои киндеры», и девочки тогда знали, что мама любит их. Папа был молчун. Он честно приносил маме всю зарплату, жаловался на тяготы работы и уходил спать. Мама всегда просила девочек не шуметь, потому что папа устал.

Между собой девочки часто ссорились. Они жили в одной комнате и тихо пакостили друг дружке. Аня назло называла сестру Няня. Это злило Полину, но откровенно кричать на сестру было нельзя. Мама всегда заступалась за Аню, даже если та делала что-то плохое.

— Это ты виновата, – говорила мама Полине, — убирай свои вещи, прячь, если не хочешь, чтобы Аня тебе их портила. И вообще, разбирайтесь сами.

Но разбираться самим было нельзя. В любой конфликт мама всегда вмешивалась, судила и быстро выносила решение, что Полина должна быть мудрее, умнее, что она должна учиться жить с людьми, а сейчас виновата.

***

Прошло два года.

Аня заканчивает второй класс, и в её учёбу никто не вмешивается, она справляется сама. Она многое умеет делать по дому, и для этого не надо кричать и требовать. У Ани тёплые отношения с сестрой и родителями. Все относятся друг к другу бережно. Папа приходит с работы, шутит, обнимает маму, интересуется жизнью дочерей. Дома слышится смех и радость. Полина выросла, у неё есть парень, и родители часто зовут его в гости. Дома царит свет и покой.

Как?

А вот как раз, с того самого дня, когда папа выгружал из лодки рыбу, он, с нарастающей злостью на радость Ани, смотрел на то, от чего он отказался. Он злился на свою угробленную жизнь, на проклятую дачу, на жену, на работу, на завтрашний рабочий день…. И вдруг увидел в песке старую записную книжку. Он поднял её и сел на край уже почти сдувшейся лодки.

Книжка была старая, в потёртом кожаном футлярчике. На лицевой странице футляра была выдавлена сова. А вместо глаз совы были вставлены два ярких камушка, которые искрились на солнце.

Мужчина открыл футляр и стал листать книжку. Некоторые страницы склеились и скукожились от воды, другие были забиты песком. В книжке были заполнены только три первые страницы, на следующих пяти были какие-то обрывки слов, как будто специально написанные не до конца. На следующих семи страницах вместо слов были отдельные буквы. Поразила страница в середине книги словом «КОНЕЦ».

− Как конец? − подумал папа, − Ведь это середина книги! И он машинально пролистал книжку до конца.

На самой последней странице была надпись, сделанная аккуратным почерком: «Сначала ты думаешь, что ты можешь всё и у тебя вся жизнь впереди. Потом ты начинаешь откладывать дела, и они носятся в твоей голове обрывками фраз. Твои энергии рвутся на части, и ты не знаешь, за какое дело браться в первую очередь. Чтобы ускориться – ты начинаешь писать короче, говорить короче, спать меньше. И вот, ты уже мечешься, пытаясь сделать многое, но на самом деле ничего у тебя не выходит. Скорость времени вокруг тебя нарастает, и ты не можешь уже ухватить его. Жизнь течёт уже мимо тебя, а в сознании остаются лишь малюсенькие обрывки. Всё летит. А дальше конец. Ты потратил жизнь в беготне за временем и на соревнование с ним».

Пока папа читал эти строки, сначала считая, что написан бред, и это писал псих, затем нахмурив лоб и ощущая, что внутри всё отзывается. Потом появился внутренний голос, что все живут так, и иначе — никак.

Папа задумчиво поднял глаза. Впереди был песчаный берег, взгорок, заросший травой, дача, окрашенная в травяной цвет, бегающая Аня и несущая ведро с рыбой, уходящая к домику Полина, и идущая к лодке жена. Что не так?

Жена стала землёй. Надёжной, плодородной, разнообразной по энергиям, умеющей выдерживать и извержения вулканов, и палящее солнце, и лютый мороз.

Полина — потухающим костром, в котором уже догорали какие-то дровишки. Костром, который иногда выбрасывал вверх игривые искорки, и который пока ещё сохранял высокую температуру для того, чтобы вновь загореться и набрать свою силу.

Аня стала ветром, который согретый теплом от земли, нёсся вверх, заглядывая в каждый уголок мира. Приносящий тепло тем, кому холодно, и давая прохладу тем, кому жарко.

Папа посмотрел на свои руки. Они были в песке. Он опустил их в реку и … превратился в чистую, искрящуюся на солнце воду. Берега земли давали реке русло, вверху, ловя ветер, парили птицы, а вдоль берега горели костры, и люди пели под гитару, опускали венки из цветов, загадывая желания, купались и радовались ему – воде.

Он не заметил, как подошла жена, она молча обняла его. А внутри поднялся танец энергий. Танец энергий ЖИЗНИ!

Я есть! – ощутил папа, — Я могу проявиться! Я и есть это время! Это не конец!

Он обнял жену, поднял и закружил. Девочки уже были рядом. Аня прыгала от радости. Полина стояла в сторонке, наблюдая. Папа подхватил и Полину, ощущая, что и огонь можно напитать любовью, которая зажжёт большой костёр.

Всё это Я! – счастливо подумал папа.

И время вдруг стало иным.

 

 

Читайте вашим детям сказки! Мы делимся ими не только для взрослых. 

Поддерживайте чистоту детской души памятью о тонких планах, откуда она пришла.

 

  • http://vk.com/id96803922 Елена Уренцева

    Прекрасно! Благодарствую!

  • http://vk.com/id26174642 Саша Чекмарев

    Благодарю Тейя. Да нужно сказать стоп, времени, суете, людям, бегу по кругу.

    • ТЕЙЯ

      Саша, благодарю за отклик! Времени на нас плевать, потому что мы не него плюём. Мы делим его на разделы, на куски, на что-то ещё. Увидеть энергии времени, посмотреть иначе на привычное, меняет точку сборки. Правда?

  • наталья

    Ой , как здорово!!!! Прочувствовалась до слёз. Спасибо Тейя. Какие хорошие энергии!!!!!

    • ТЕЙЯ

      Наталья, благодарю, что поделились своим душевным переживанием. Пусть ваши энергии проявляются, и ваша жизнь меняется всегда только к лучшему!

  • http://vk.com/id449748608 Ия Реверс

    Не получается… Наверное мысли и дела о хлебе насущном, о проблемах и отношениях между близкими и родителями все затмевают. Нам всем хочется лучшего для детей и любить их больше, и времени проводить и не ругать и не давится слюной от злости, что Тебя не слышат и не слушают… У меня пока не получается. Но я всё ещё верю и стараюсь хоть иногда привести себя в чувство согласно тому, что я собой на самом деле представляю и чем истинно являюсь…

    • ТЕЙЯ

      Ия, прочувствовала вашу боль и чувство ловушки. Выход из неё ближе, чем вы думаете. Для этого не надо злиться, подавлять злость или стараться что-то не делать. Вы просто начинаете делать так, как будто у вас в этот момент всё хорошо. То есть остаётесь целостной. Вокруг могут шуметь любые энергии, переливаться разными красками (не всегда гармоничными), а вы стойте на своей целостности, и ничего не бойтесь! Всё получится!